|
— Ну, если столько делает, действительно молодец! — похвалил командир.
Збанацкий читал письмо внимательно, неторопливо.
— Ну, что вы скажете? — спросил он присутствующих. — Или не я вам говорил, что когда-то при-Дет время объединяться и всеми силами двигать на фашистов?  Вот и дождались. Обком партии не оставил нас без внимания.
Плечистый крепыш, которого Жадовец принял аа командира, загудел:
— Ну и заживем тогда! Ни один гад не сунется в наш партизанский край!..
Разговор продолжался. Збанацкий приказал подать обед прямо на штабной стол. Уплетая вареную картошку, Жадовец спросил командира отряда имей и Щорса:
— Я одного не понимаю, Юрий Олиферович... Перед тем как начать партдзанить, мы загодя людей наметили для подрывной работы в тылу врага, базы заложили: продукты, одежду и оружие. Подпольный обком партии собирал силы вокруг себя. Леса на юге Черниговщины не одну тысячу людей спрячут. А вот как у вас тут было?
— Долго рассказывать, — ответил Збанацкий. — По одному, по двое подходили люди, собирались в отряд, потому что не могли сидеть сложа руки. Баз никаких, да и леса слабы против ваших! Там кустик камыша, там островок густого орешника — вот и пересидишь лихой час. Теперь-то уже времена другие, не нам приходится искать спасения, а оккупантам. Ох, скорее бы война кончалась! — перевел он разговор на другой лад. — Столько детворы шатается без присмотра... Я ведь, Николай Иванович, был когда-то учителем...
— Кстати, я ваш коллега, — улыбнулся Жадовец, — только учительствовал не в этих краях. Ничего, скоро Красная Армия придет, тогда прикинем, кому браться за мирный труд, а кому и дальше идти — добивать фашистов.
Нумеролог восхищенно смотрел на них. И действительно, уже недалеко наши войска. Каждый скоро примется за свои дела... Нет, не каждый... Петр Анисимович так и не дождался освобождения. «Эх, дорогой вы мой учитель! Сидеть бы вам рядом с этими рассудительными, уверенными в себе людьми и мечтать о будущем», Нумерологе уже вряд ли придется ходить
в школу: перерос за войну. Разве что вечерами...
Новый текст
|