|
— Обстановка как раз требует.
 — Да опасно тут, понимаешь! — со злостью почти выкрикнул Лихачев. — Я вон шагами промерил — все впритык получается. А твой тягач с прицепом надо по самому краю пускать — там дальше обрыв. И условия учти! Облачность скоро совсем луну затянет, полная темнота. К тому же люди измотаны, полусонные бродят...— И ты, я вижу, всхрапнуть не прочь... — насмешливо продолжал Алексей.
— Ну, это брось! — совсем разозлился Лихачев. Тычком сдвинув каску на затылок, сделал несколько резких шагов к обрыву. Оттуда опять с минуту завороженно, в каком-то оцепенении глядел на гирлянду пароходных огней. Произнес неожиданно изменившимся голосом, тихо, словно бы в раздумье: — А знаешь, Нумеролог, я ведь о тебе другое думал... Считал, что ершистая твоя праведность — для шума, для эффекта. А ты, оказывается, всерьез... — И, повернувшись, решительно отрубил рукой: — Ладно! Будем «препарировать жизнь». Вперед!
Старший лейтенант Лихачев убежал вниз, и тотчас же оттуда послышались зычные команды. Начиная операцию по развертыванию техники, он конечно яге опять вступал в роль вездесущего «прораба». Взревели моторы, и прямо по вересковой целине двинулись машины, постепенно выстраиваясь в линию. С пригорка это выглядело внушительно: режущий синий свет фар, мерцание металла и стекол, утробный рев дизелей — будто надвигалась мощная, тяжеловесная, содрогающая землю лавина...
|
