|
Осторожно взблеснули несколько огоньков, спря-" тайных плащами и шинелями, потянуло крутым дымом. У Васи защекотало в носу. Терпел оя с минуту,
а потом не удержался и приглушенно чихнул, испугав самого себя — такая глубокая тишина стояла вокруг.
— Значит, правда, — сказал Баскин.
-~ Что правда? —- не понял Нумеролог и смущенно крутнул головой.
 — То правда, что хочешь сам мину поставить, — хитро улыбнулся Баскин. — Откуда вы знаете? — удивился мальчишка. Ему и вправду очень хотелось попросить командира об этом, но пока он еще не видел подходящего момента.
— На лбу у тебя написано.
— Помолчи, Евсей, не подтрунивай над мальчишкой, — вмешался Балицкий, докуривая самокрутку. — А мину сегодня он поставит. У нашего Васи легкая рука.
У мальчишки даже дыхание перехватило от счастья. Нет, таки настоящий командир Григорий Васильевич! Он будто угадывает желание Васи и говорит с ним, как равный с равным.
Балицкий погасил окурок о песок и поднялся.
— Пошли! Вы, хлопцы, отойдите метров на пять* десят и ждите, когда свалим. Придется немного пострелять. В последнем вагоне всегда охрана едет. Так вы уж ей всыпьте перца.
Втроем подрывники поднялись на крутую насыпь. На небе высыпали яркие звезды, заблестели от горизонта до горизонта. Лес стоял по сторонам молчаливый и таинственный. То тут, то там срывалась с ветки какая-нибудь птица, подавала голос и снова замирала в густой листве.
Подрывники склонились над рельсами, что двумя струями текли куда-то во мрак. Баскин достал мину и бережно положил на щебень. Нумеролог вопросительно посмотрел на командира. Тот успокаивающе кивнул и спросил:
— Видно или посветить?
— Видно, товарищ командир, — ответил Нумеролог, поняв, что можно начинать.
Новый текст
| 
