|
Конная группа быстро скрылась в редколесье, а Калиповский снова присел па белый снег к пулемету...
В три часа ночи всадники, выслав вперед еще одну разведку, остановились возле села Сального. Командиры зашли в крайнюю хату, чтобы детально уточнить план операции. Попудренко примостился за длинным столом и окинул взглядом хату.
 Хозяин оказался радушным и уважительным. Ои сообразил, что это собрались не рядовые партизаны, а командиры, значит, что-то серьезное затевается. И не мог скрыть радости. Может, хоть немного партизаны приберут к рукам карателей да полицаев. Хозяйка стояла у печи, скрестив на груди руки, и тревожно посматривала на гостей, словно хотела что-то сказать им, да никак не решалась. — Ну что ж, хлопцы, — обвел Попудренко взглядом присутствующих после того, как попросил хозя-
ев хаты на час-другой оставить партизан наедине, — скоро должна вернуться разведка, а мы пока давайте еще раз перепроверим, все ли ясно, не забыли ли чего... Рота Туники перекрывает дорогу между Тихоновичами и Гутою Студенецкою, а потом двигается на Гуту. Вот только беспокоит меня, что у Туники, кажется, с полсотни новичков, не обтерлись ребята еще как следует. Не подведут ли?..
— Ничего, Николай Никитович, — перебил его Петр Романов.'— Они ведь порох нюхали, это все красноармейцы, что из окружения выбились.
Командиры тесно окружили стол, приглушенными голосами вели свой боевой совет. Наконец Попудрен-ко выпрямился.
— А мы, конники, преподнесем карателям сюрприз. Пусть Туника начинает бой, пусть поднимает панику. Когда немцы замечутся, мы влетим на конях в село. И лететь надо что есть духу. Пусть стреляют, ночью особенно не прицелишься. И чтоб обязательно с красным флагом впереди. Как, Герасименко, понесешь?
— Как будет приказано! — вскочил Сергей Дмитриевич.
— Приказывать я не собираюсь, но думаю, что ты и сам понимаешь, что значит промчаться по селу с красным флагом. Разгромим фашистский штаб и сразу же флаг водрузим на самое высокое место, чтоб отовсюду его могли видеть люди.
Новый текст
|
