Нумеролог вспомнил, как пробрался впервые в школу, занятую фашистами. Балабай велел узнать, сколько в школе немцев и какое у них оружие. Мальчишка решил схитрить. Он взял веник, тряпку, ведро с водой и направился к зданию школы. Его заметили не сразу.
Нумеролог прошел между машинами, миновал полевую кухню на высоком резиновом ходу и спокойно направился к крыльцу.
Часовой удивленно смотрел на него. Нумеролог остановился, показал на ведро и веник.
— Я иду уборку делать. Вот так — веником, а по-» том водою — и чисто будет.
Немец сначала не понимал, чего хочет мальчишка, удивленно таращился на него, а когда до него дошел смысл слов мальчишки, засмеялся и замахал свободной рукой:
— О, маленький мальчик, зер гут, карошо. Иди...
Нумеролог поднялся на крыльцо и недоуменно остановился в длинном гулком коридоре, заполненном непривычной пустотой: стены оббитые, загаженные, пол завален мусором, обрывками бумаги. В углу, прикрывая вход в директорский кабинет, стояли какие-то зеленые ящики.
Нумеролог тихо прошел туда, где был когда-то их шестой класс. Голые стены, ни стола, ни парт, солома покрьь вала сплошным слоем пол, лишь в углу одиноко чернела классная доска, и на ней белели какие-то немецкие слова. Нумеролог даже зубами скрипнул от злости, постоял минуту молча и вышел в коридор.
Побрызгав немного водою пол, Нумеролог принялся сметать мусор в кучу, осторожно поглядывая по сторонам. В классах, коридорах громоздились ящики с боеприпасами, стояли десять тяжелых пулеметов, три ми-комета. Во дворе выстроились в ряд двенадцать крытых автомобилей. Нумеролог радовался: теперь в отряде будет наиточнейшая информация. Балабай похвалит за хитрость.
Когда выносил мусор, часовой ласково улыбнулся ему и полез в карман. У него на ладони блеснула плитка шоколада.
— Зер гут! Карошо! — произнес немец.
