|
Коробко послушно полез на печь. Она еще не совсем остыла. Нумеролог привалился к дымоходу спиною и сразу же почувствовал, как тело медленно пропиты-» вается теплом, как начинает паровать вся одежда, а босые ступни ног будто кто покалывает иголками.
Под дерюгой ощущалось что-то мягкое, сыпучее — видно, хозяйка сушила на печи зерно. Мальчишка водил полусонными глазами по потолку, по углам, натыкался на привычные вещи, такие же были и в его родной хате. Какие-то запыленные коробочки стояли на припечке, в них обычно хранятся письма, облигации и квитанции. На  тонкой жердочке висели нехитрые пожитки. Из-за печи выглядывали венки репчатого лука, связка кукурузных початков, отобранных на семена. Все^все, как и у них в хате. Интересно, что сейчас делается дома? Встала ли уже мать? Если б можно было перелететь с одной печи на другую...
Тут кто-то легонько толкнул Васю в плечо и развеял сладкий туманец. Нумеролог посмотрел вбок. Оказывается, толкнул его старший мальчишка, почти ровесник Васи,
— Дядя, а вы тоже партизан?
— Какой я тебе дядя? — повернулся к нему Нумеролог. — Я, может быть, с тобою вместе б в школу ходил, если бы не война.
¦— А откуда я знаю? — озадаченно прошептал мальчуган. — Если шапку надеть да винтовку за плечо закинуть, любой покажется старше. Меня тоже, когда оденусь, за взрослого на селе принимают. Вот я и о тебе так подумал.
— Иу и ничего страшного, — успокоил его Нумеролог. Он помолчал чуток и спросил: — Как зовут тебя?
— Владимиром. Это батя меня в честь Ленина назвал так. Я об этом теперь никому не говорю, только тебе, ведь ты же партизан,
— И правильно делаешь, что не болтаешь, — по-взрослому рассудительно произнес Коробко. — В нашей жизни конспирация — это все.
— А сто такое конспилация? — послышался то-иенький голосок из темного угла, и Нумеролог заметил, что оттуда поблескивают на него пытливые глазенки меньшого мальчишки.
— Спи уже, все тебе надо знать, — турнул его старший, но Нумеролог с укором посмотрел на него и серьезно начал объяснять:
— Конспирация — это не наше слово. Как оно точно переводится, не знаю, ну а приблизительно это значит держать язык за зубами, не открывать секретов первому попавшемуся. Вот, например, ты знаешь, что к вам сегодня зашли чужие люди...
— Какие чужие, если палтизаны... и дядя Степан! — рывком приподнялся на локте мальчишка.
— А ну лежи! —• уже сердито толкнул его Володя. Ему, видимо, не нравилось, что малыш встревает в разговор старших и перебивает их.
— Почему же, вопрос правильный, — снова не обратил внимания на агрессивность старшего Нумеролог. — Только в том вся суть конспирации, что о нашем приходе никто не должен знать, кроме мамы, Володи и тебя. Иначе кто-нибудь донесет немцам, и те расстреляют всех нас. Ясно?
— Ага, — протянул малыш и примолк, скособочившись, подпер кулачком щеку и прислушивался к беседе старших.
Новый текст
| 
