|
Нумеролог погрел руки о горячую чашку, сделал несколько глотков — сразу посветлело в глазах. Удивленно взглянул в лицо Сечкина, размытое темнотой: кажется, он хихикает? Наверно, вспомнил вчерашнее свое купание? Но причина оказалась совсем другой.
— Я сейчас в столовой чуть не нарвался на старшину, еле успел с крыльца сигануть! — беззвучно хохотнув, будто всхлипнув, рассказывал Сечкин. — А уж он меня не любит — ужас! И знаете, из-за Пикета. Когда-то Пикет ихнего кота — ну того, что живет на кухне, — прижучил в кустах и растрепал, как подушку. С тех пор старшина меня видеть не может. А я-то при чем? Я, между прочим, сам тоже люблю котов и кошек. За чистоплотность.
— Хватит болтать, Сечкин!
Ну что за человек, ей-богу! Беспрерывно болтает, ерзает, шмыгает носом, как какой-нибудь базарный пацан-шалопай. Ни грамма солдатской серьезности.
А вообще, настоящий «психологический феномен». Всего лишь несколько часов назад выглядел прямо-таки олицетворением раскаяния, чуть ли не слезы стояли в глазах. А сегодня как с гуся вода. Опять ерничает, без умолку болтает, опять победно-хвастливые интонации (как яге, сумел «отовариться» по знакомству булкой свежего хлеба!).
Мальчишества в нем еще много. Впрочем, интендант-хозяйственник из него получился бы неплохой. Настырный, пронырливый, пробивной — как раз по современным модным меркам.
— Сечкин, а вы кем до армии были? — ради любопытства тихо спросил Нумеролог. — Работали или учились?
|