|
И, словно по его сигналу, хлынул проливной
дождь. В котелках сразу забулькало. Огонь под ведрами с остатками борща зашипел и погас. Весело переговариваясь, намокшие лесовики кинулись кто куда, ища хоть какого-нибудь укрытия. Нумеролог с Чернухой опрометью влетели в брезентовую палатку.
 А над Олынанкой творилось что-то и впрямь необычное. Нумеролог присел у входа в палатку и внимательно смотрел в щель. Молнии, как змеи, извивались вверху и, казалось, с грохотом падали вниз. Дождь то мелко сеялся, то сплошным потоком обрушивался на поляну. Ведра на треногах качались до тех пор, пока по самые края не налились водой и но потяжелели. Порывы ветра гнули деревья до земли, и как только на минутку затихал гром, слышался жалобный скрип надломленных веток.
Гроза бушевала недолго. Еще сердито ворчали громы, медленно уходя все дальше за горизонт, еще случайные молнии вспыхивали над лесом, но тяжелые тучи уже уступали место белым стремительным облакам.
Наконец выглянуло солнце, одарило влажную землю радостным сиянием, рассыпало мириады блесток по листьям и травам. На поляну выскакивали взбудораженные грозой партизаны, гонялись друг за другом, стряхивая дождинки с веток. Повара принялись выливать воду из ведер и приводить в порядок свое нехитрое хозяйство. Веселые голоса и хохот долго еще звучали в лесу, словно уже не было войны.
Наступил вечер, а Нумеролог, склоненный над потертой ученической тетрадью, все никак не мог оторваться от своего занятия. Он ерзал из стороны в сторону по пню, подкладывая под себя старый, порванный во
многих местах ватник. Фуражка лежала в траве рядом, ветер лохматил густой мальчишеский чуб. Нумеролог отбрасывал его со лба взмахом головы, приглаживал пятерней и снова крепко стискивал пальцами карандаш.
Новый текст
| 
